О цене и о качестве вещей. Часть 2

Ваша покорная слуга Небриджет — точно женщина! Откуда это известно, спросите вы? В наше время, когда всё смешалось в доме Обл… ой! — в стране и в мире, когда мужчины с радостью облачаются в блузоны в горошек с бантами на шее, а облачённые в рабочие комбинезоны женщины не менее радостно утаптывают в дорогу дымящийся асфальт; в наше время, когда какой-нибудь ваш старый добрый знакомый Евгений Иванович вдруг запросто принимает кардинально иной облик и просит называть его отныне Евгенией Петровной, а операции по смене пола делают уже чуть ли не в любом фельдшерско-акушерском пункте (хрясь! И — в таз!..) — так вот, в наше время не всегда можно сходу определить, какого пола та или иная человеческая особь…

 

Но! — раз в году женщинам выпадает прекрасная возможность удостовериться в своей принадлежности ко всё ещё прекрасному, хоть уже и не такому слабому полу. В общем, если вам 8-го марта дарят полузадушенную веточку мимозы, открытку с безобразно распустившимися розами и розовый гель для душа, то вы — точно женщина! Если в придачу к этому вы получаете кривую пластилиновую восьмёрку с жёлтыми шариками, отдалённо напоминающими вышеупомянутую веточку, налепленную на кусочек картона с кривой подписью «маме», то вы ещё, несомненно, счастливая женщина-мать! И обязаны оросить слезами умиления и картонку, и подпись, и уклоняющуюся от поцелуя макушку важного и серьёзного дарителя.

 

В очередной женский день мне был подарен очередной подарочный набор с поправкой на кривизну восьмёрки — дети выросли уже настолько, что могли себе позволить слепить в подарок матери гораздо более ровные и ценные знаки внимания. То есть, они просто со своим папой скинулись, и вместо традиционной открытки я получила конвертик всё с теми же распущенными розами снаружи и дензнаками внутри — держи, мол, мать, радуйся и ни в чём себе не отказывай! Ты — женщина! С чем тебя и поздравляем! Поцеловать всё так же уклоняющиеся макушки удалось с трудом — их владельцев пришлось нагибать к умилённым материнским губам.

 

Вот так у меня появился замечательный повод прогуляться по магазинам, с целью претворить в жизнь новые принципы пополнения изрядно опустевшего после разбора вещей гардероба. Воодушевлённая, с горящими глазами и довольно пухлым кошельком (на работе ещё, как нельзя кстати, зарплату с премией дали!) в половине одиннадцатого утра девятого марта я ворвалась в знакомый торговый центр, где прямо с порога наткнулась… на саму себя! Остановившись, как вкопанная, я даже помотала головой, чтобы убедиться, что это — не отражение в зеркале. Затем ущипнула себя — нет, не сплю. Но произведённые манипуляции разрушили морок, да и сам морок уже нёсся мне навстречу и верещал пронзительным голосом заклятой подружки Алки:

 

— Привеееет! С праздничком тебя, с прошедшим! Ну, как я тебе в твоей курточке? Правда, классно? — и Алка набросилась на меня, тормоша, кружа и подвизгивая.

 

Шума и суеты она производила, как стая первоклашек на перемене, но я устояла и разглядела в мелькании и кружении не только свою курточку, но и брючки, и шарфик — всё из той самой Фудзиямы, которая две недели назад была предназначена для раздачи подружкам. Ростом и комплекцией мы с Алкой были почти одинаковые, неудивительно, что мои вещички сели на неё идеально. Но мало того — эта зараза ещё и стрижку сделала как у меня, и волосы в такой же цвет перекрасила — как я вообще в обморок не грохнулась от встречи со своим двойником! Пока я отходила от пережитого шока, подружка, беспрестанно треща и хихикая, уже дотащила меня до какого-то недавно открывшегося магазина, который якобы продаёт вещи мегапопулярных торговых марок. Из потока Алкиной трескотни я выудила информацию, что в связи с открытием там сумасшедшие скидки, а вещички у них… Тут, не найдя подходящего эпитета, Алка издала звук звонкого поцелуя, что у неё означало высшую степень восторга.

 

Мы вошли в новый, наполненный сиянием, негромкой музыкой и немногочисленными покупателями, магазин и первым делом увидели себя в огромном зеркале. Но, к моему удивлению, вместо двух близнецов в нём отразились две абсолютно разные женщины! И я, обычно такая самокритичная по отношению ко всяким своим изображениям, понравилась себе гораздо больше, чем Алка, экипированная в мою же одежду, которую я, к слову, покупала не так уж и давно — прошлой весной, по принципу, описанному выше. Правда, тогда весна так неожиданно превратилась в знойное лето, а последовавшая за ним осень — в морозную зиму, что курточку на синтепоне я практически и не надевала. А в те несколько дней, когда она всё-таки украшала мой прекрасный облик, меня терзали смутные сомнения, что облик мой в ней какой-то совсем не прекрасный…

 

Теперь, я отчётливо, на контрасте с подружкой, прикинувшейся моим двойником, поняла, в чём дело! В зеркале отразилась странная парочка: элегантная, со вкусом одетая женщина — я (разве кто-то знает, что моё свободное бежевое полупальто из джерси было куплено энное количество лет назад? Мода имеет привычку возвращаться!), а рядом торчало нечто несуразное, явно постбальзаковского возраста, но отчаянно пытающееся молодиться с помощью нелепо короткой пёстрой, какой-то подростковой, курточки и узеньких брючек в не менее нелепую клеточку — Алка. Господи, неужели я в ЭТОМ ходила? Пусть даже всего несколько раз… Размышления прервал Алкин призыв:

 

— Так. Мне срочно нужна блузка, на работу совсем не в чем ходить! — и подруга твёрдой рукой потащила меня к кронштейнам со всякими кофточками. Собственное отражение, судя по торжествующей улыбке, её нисколько не разочаровало, а мои желания не интересовали априори.

 

Между кронштейнами деловито расхаживала юная продавщица с мрачно-решительным выражением лица под низкой чёлкой. Увидев двух тёток неопределённого возраста и метнув подозрительный взгляд на моё джерси (во взгляде проскочил явный пробел в образовании), дева разумно решила наброситься на Алку, как на свою по крови (бьюсь об заклад — в раздевалке для персонала висел аналог пёстрой курточки!):

 

— Здравствуйте! Я могу вам чем-нибудь помочь? У нас сегодня скидки… — дева выдавала заученный текст, радушно указывая на особо соблазнительные с её точки зрения кофточки, блузочки и джемперочки.

 

— Вауууу…. — невежливо перебила заученную речь моя подруга. — Смотри, это же…
(Тут она произнесла имя итальянского гуру высокой моды, но поскольку мне опять никто не доплачивает за рекламу, назову его первым пришедшим на ум итальянским именем)… это же Джанни Родари! — и Алка хищным движением выхватила из плотного ряда шмоток подозрительно блестящую блузочку модного оттенка свежего мха.

 

— Да, это настоящий Джанни Родари! — авторитетно подтвердила дева и снова завела шарманку о скидках, акциях и бонусных карточках…
— А сколько она стоит? — снова бесцеремонно перебила её подруга.

 

Дева покопалась в недрах блузочки и, вытащив оттуда ярлык с приклеенной ценой, сообщила нам её, не забыв уточнить, что это ещё без скидки. Думаю, Джанни Родари сильно удивился бы, узнав, что в крупном российском магазине раздают его вещи, пусть и из прошлогодней коллекции, практически бесплатно. Удивился бы и подал на владельца бутика в суд. Но он был далеко, а мы были далеки от итальянского ценообразования.

 

— А мой размер есть? — Алка вцепилась в блузочку, как орлица в только что пойманного зайчонка.

 

— Надо мерить! — уверенно произнесла дева, тряхнув чёлкой.

 

Ну, конечно — откуда в Италии могут знать пропорции русских мадонн? И Алка с зелёным зайчонком в когтях бодрой рысцой понеслась в примерочную кабинку. Я понеслась за ней в качестве консультанта, критика и подруги в одном флаконе. Дева понеслась за нами явно с целью не допустить ненужных консультаций, критики и дружеских советов не брать эту гадость…

 

блузка, мода24.03.2016, 453 просмотра.

Добавить комментарий

Имя
E-mail
Комментарий
Оценка
Показать другое число
Контрольное число*